Рассмотрим на примере.
Задумали мы как-то с корефаном Аркашей оттянуться по полной программе. Была у нас квартира, хорошая музыка, море водки и приятный осенний вечер, располагающий к мечтательности и женской ласке. А вот женщин в наличии как раз и не было. Мы пошерстили наши телефонные книжки, но все знакомые фемины, как назло, либо ушли замуж, либо просто находились вне пределов физической досягаемости.
И тогда пришла мне в голову здравая идея пригласить в гости Светку Федорскую, девушку сколь симпатичную, столь же и блядовитую. Сказано – сделано. Позвонили Свете, та оказалась свободна, как китайский народ, да и подруга Марина тут же отыскалась при ней. Ещё через полчаса девушки прибыли с ближайшим автобусом, и разгул начался. Всё было сказочно красиво, с танцами в полумраке, с мимоходом сорванными поцелуями, и кульминация вечера уже близилась. Мы с Аркашей то и дело удалялись на кухню, где, как полководцы над картой театра военных действий, совещались, кому какая из тёлок достанется и как наиболее рационально поделить спальные места в квартире.
Облом подкрался незаметно. Конопатенькая девица Марина пошепталась в уголке со своей подругой, после чего обе встали в позицию хороших девочек – губки поджаты, ручки сложены на куночках – и сообщили, что уже поздно, им пора домой, мамы будут грозить пальчиками, и вообще у Марины страшно разболелась голова. От такого неожиданного поворота событий мы с Аркашей не нашлись что ответить и только, по-ослиному кивая головами, проводили прошмандовок до дверей, а сами остались в осиротевшем помещении, среди пустых бутылок, недоумённо пуча глаза друг на друга и разводя руками.
Марина оказалась из породы девиц-динамщиц, приходящих в гости поесть-попить-повеселиться, а в нужный момент – «прокрутить динамо» и таинственно исчезнуть на манер сказочной Золушки. Это не проявление целомудрия, это – стиль жизни: попользоваться и технично соскочить на ходу. Не буду говорить о съеденном и выпитом: нехорошо как-то попрекать дам такими пошлыми материями. Но если уж тебя с подругой пригласили в гости на ночь глядя два молодых самца, наивно было бы думать, что будет устроен мини-чемпионат по игре в шашки или громкая читка вслух философских трудов Монтескье.
Динамщицы прекрасно понимают мужскую природу и используют её в своих корыстных целях. Отчасти их извиняет лишь то, что корысть эта не рассчитана на глобальные масштабы, а распространяется на невинное желание набить собственную кишку и весело провести время. Мужик же, подсознательно всегда настроенный на отношения купли-продажи с женщинами, воспринимает подаренное даме изобилие бухла и внимания как инвестицию в отношения на физическом уровне: «Я эту девушку гуляю, я её и танцевать буду!». Мужчины, обманутые в самых лучших своих ожиданиях, иногда даже поколачивают динамщиц, однако в самых криминальных ситуациях могут и изнасиловать. И это сермяжная правда жизни: горшок, повадившийся ходить за водой, имеет все шансы закончить свою жизнь херово.
Другая, не менее отвратная категория женщин – профессиональные провокаторши. Это они трогательны и сексапильны одновременно, это они улыбаются вам, как родному, из-за соседнего столика в кафе, выглядывают в пеньюарах из окон по утрам и соблазнительно потягиваются. Это их можно встретить одних в больших мужских компаниях, это они всегда не прочь рассказать там непристойный анекдот или исполнить эротический танец. Для провокаторш мир лишь тогда начинает вращаться и сверкать огнями, когда они имеют возможность опасно флиртовать с мужчинами и поощрять их на продолжение банкета, в надежде на то, что на самом краю постели можно будет остановиться и сказать: ах, противный, да я же не то имела в виду.
Да откуда же мужчине это знать? Ему надавали недвусмысленных авансов, провели более чем полпути по тропе любви, так что уже хуй стоит и башка не варит. А ведь стоит перейти узенькую грань, отличающую джентльмена от самца, – и вернуться обратно будет просто невозможно. Иногда провокаторши промахиваются на этой грани, и тогда их насилуют, а порой ебут даже целым мужским хором.
И, наконец, самая злостная категория женщин, совмещающая в себе худшие черты первой и второй из вышеперечисленных. Когда дама строит глазки начальнику и недвусмысленно приглашает его к адюльтеру в надежде получить повышение по службе и зарплату на несколько тысяч побольше – это противно, но естественно. Когда проститутка зазывает клиента позабавиться – это ещё понятнее: товар – деньги – товар. Но бывает и такое, когда дама упорно провоцирует партнёра на половой акт, чуть ли не навязывается, а, добившись своего, назавтра бежит в полицию и пишет заявление об изнасиловании. Партнёр в шоке: «За что, милая?! Всё ведь вчера было так хорошо, ты сама же говорила!». А кто эти слова вчера записывал? Так устроена наша государственная система, что в половых коллизиях всегда веры больше женщине, чем мужчине: есть сперма на трусиках – изнасилование, порван воротник блузки – имело место покушение на изнасилование. И никто не докажет невиновность бедного мужчинки, разве что ангел-хранитель, державший накануне свечку над совокупляющимися. Но ангел может свидетельствовать разве что на Страшном суде, а до тех пор мужичка ждёт другой суд, не менее неприятный.
И вот тут, когда злой карачун вплотную подступил к жопе несчастного, мнимая жертва насилия предлагает: а подай-ка ты мне денег (или квартиру, машину и иные материальные ценности), тогда я пойду в отделение полиции и заберу обратно своё слёзное письмо. Половая шантажистка действует наверняка: поступиться частью материального имущества проще, чем вычеркнуть из своей краткой жизни пять-семь лет. Посему предложение, которое невозможно отклонить, с облегчением принимается. Вот так, затейливо используя природой созданную вкусную мышеловку, дама бодро шагает по жизни, и пожалеть её в качестве жертвы насилия мне показалось бы святотатством. Таких баб, к счастью, немного, но они страшнее сифилиса и гнойной ангины, вместе взятых.
Когда я читаю разделы полицейской хроники о совершённых то там, то сям актах изнасилования, я делю эту информацию на шестнадцать: не всё укладывается в чёрно-белые рамки, и далеко не всегда та, кого поимели, является невинной жертвой.
Мирное сосуществование со стервами
Да простят меня мужчины, но речь опять пойдёт о женщинах. Так, кажется, говаривал классик. Вот и я, поскольку всю жизнь занимался наблюдениями за сим прекрасным и своенравным полом, настрою свой трёхструнный комуз, благословясь, поклонюсь в стороны и начну.
Я спою вам не про истинных стерв, похожих на скаковых лошадей: жилистых, самоуверенных, высоких и стройных, на которых макияж и загар лежат там, где надо. Их я чётко определяю по сволочному выражению лица и особой манере держать сигарету. Они постоянно не замужем и перманентно в поисках жертвы. Каждая хороша, как богиня, но я просто опасаюсь связываться с ними, потому что после пары часов общения с такой женщиной возьму да пристукну её по причине гипертрофированной мужской гордости и сяду на десяток лет. А мне оно надо?
Настоящая стерва ни одного существа мужского пола ни в хуй не ставит и искренне полагает, что все мужчинки произведены на свет исключительно ради удовлетворения её естественных и неестественных потребностей, а права голоса по определению не имеют. Потому стервы по призванию давят со страшной силой на любимую нашу мозоль – мужицкое самолюбие, штуку порой виртуальную, но нежно лелеемую нами. Побеседовав с талантливой стервой с полчасика, уже ощущаешь себя кастрированным, потому что главный её психологический метод – бить ниже пояса и почаще. Нет уж, увольте, пусть с ярко выраженными стервами ходят под ручку новорусские кошельки с ушками, ежели у них имеются в наличии неублажённые мазохистские комплексы.
Стервы по определению – объект для изучения неинтересный: их инстинкты и манеры всегда на виду. Мимикрия профессиональным стервам неведома, и если в мужской башке осталась хоть капелька масла, мужик самостоятельно сообразит – западать ему на стерву или дешевле будет обойти её стороной.
Я же сегодня остановлюсь на менее изученном, но ещё более актуальном аспекте темы: о стервах бытовых, сиречь наших жёнах и подругах. О тех, которые рожают нам детей, встречают нас с работы, мурлычут или похрапывают ночами под боком.
Все они – стервы. И против этого открытия не попрёшь, ибо критерием истины является практика.
Стервозность заложена в женщинах генетически. Это их секретное оружие страшной созидательной силы. А иначе как? Женщины – существа слабые, потому что природа пожалела на них мускулов, когтей и клыков. Но выживать как-то надо, ведь всякая женщина отвечает за программу-максимум: зачать, выносить и родить ребёнка, а потом ещё прокормить его до половозрелого возраста. Стало быть, нужно на всех этих этапах иметь под рукой крепкий рычаг.
